13:20 

Триста пятнадцать тупых записок (флэш, юмор и ангст, PG-13)

greenmusik
долблюсь в глаза с 1990г.
Название: Триста пятнадцать тупых записок
Фэндом: флэш|cw
Дисклеймер: я не знаю, кто все эти люди и как они сюда попали, но за постой они не платят
Автор: greenmusik
Бета: - Tigresa Romana -
Пейринг/Персонажи: ревёрб, циско; хартмон
Рейтинг: PG-13
Жанр: хуюмор, хуянгст
Размер: 2213 слов
Аннотация: Ревёрб пытается перестать жить несбывшимся прошлым, Циско учится различать голоса в своей голове.
Предупреждения: альтернативная реальность, альтернативный юмор, альтернативное ВСЁ, но это всё равно канон, потому что нехуй разрешать множественные вселенные; некоторое количество мата.
Комментарии: написано в подарок на день рождения для LRaien (2017)
На других ресурсах: ao3 | фикбук
Размещение: спросить LRaien


Тупая боль в правом виске, всегда предшествующая прорыву, нарастала медленно, но неотвратимо. В любой момент можно было потребовать у Короля кусочек льда, чтобы приложить, но показывать при нем слабость — нет, такого удовольствия он им не доставит. В конце концов боль уйдет сама, как только он выяснит, в каком мире не сидится спокойно очередному Франциско Рамону… И навестит его.
Ближе к вечеру на периферии сознания закружился едва различимый речитатив, как молитву повторяющий одну-единственную фразу.
«Заткнись», — велел Реверб, отлично зная, что с первого раза никто никогда не затыкается, и очень удивился, когда вместо продолжения бесконечного «я-не-гей» чужой голос и впрямь замолчал. Вместе с ним затихла боль, и это было гораздо интереснее, чем обычные проблемы Франциско Рамонов, из мира в мир слишком остро воспринимающих несовершенство окружающих, слишком ярко переживающих собственную инакость и увлеченно погружающихся в пучины эскапизма.

***

Боль вернулась резко, сильно, ввинтилась от виска до виска, полыхнула взрывом за глазами.
«Как ты понял, что ты — би?» — будто в реальности проявилось над кроватью неоновой вывеской, вопя каждой буквой, отдаваясь звонкими литаврами со всех сторон. Реверб застонал и усилием воли закрылся. С той стороны продолжали настойчиво скрестись, выцарапывая череп изнутри, и он сдался, выкинул за ментальный щит формулы и цифры настроек. Раз этот мудак такой упертый и сильный, с ним можно и поиграть немного.
Два дня затишья он использовал на всю катушку, мотаясь по зачищенным мирам, собирая дань, наслаждаясь чужими метаниями, выстраивая новое крыло своей империи. Затем появилось первое сообщение, но не на мониторе компьютера, как он ожидал, настраивая перехватывающий вирус, а на блокнотном листке, выпавшем из пробитой на четверть секунды червоточины. Этот Франциско оказался в числе параноиков. Что ж, тем интереснее игра.
«Ты любишь тяжелый рок?»
Из всех тупых вопросов, какие когда-либо задавали Рамоны, этот был не самым неожиданным и не самым тупым. На обратной стороне записки видимым в ультрафиолетовом освещении веществом были нарисованы пиктограммные рожицы и позы для секса. Очень смешно.
Отправку ответного сообщения Реверб отложил до утра, искренне желая, чтобы временной сдвиг был как можно выше.

***

К утру лаборатория оказалась завалена записками, а червоточина едва успела закрыться, как снова появлялась — в дюйме от прежнего места, и оттуда вываливался новый комок бумаги. Сунув руку в межпространственную дырку, Реверб запретил ей исчезать и приоткрыл ментальный щит. Сквозь мешанину чужих мыслей бросил направленный приказ, но вместо ответного мысленного посыла прилетела новая записка.
Реверб подождал, все еще удерживая червоточину открытой, подкинул носком ботинка последнюю записку, развернул…
«312. К тебе или ко мне?»
Конечно. Что еще ожидать от любителя тупых вопросов?
Подавив желание бросить в червоточину одну из висящих на поясе бомб, Реверб убрал руку, позволяя разрыву закрыться, и принялся собирать записки в одну кучу. Нумерация на листках оказалась нелишней — восстановить последовательность сам он бы не смог, потому что червоточина открывалась хаотично не то сама по себе, не то из-за паранойи этого Франциско Рамона.
«67. Вас пытались захватить инопланетяне?»
Ну хоть без «тоже» на этот раз.
«126. Ты встречаешься с парнем или девушкой?»
Вечная тема.
«68. Ты сам — инопланетный захватчик?»
Иномирный.
«5. Ты меня игнорируешь, или у вас там время идет значительно медленнее?»
Очень хороший вопрос.
«229. Ты дружишь с собой или убиваешь других себя?»
На это лучше пока что не отвечать.
«21. У тебя тоже болит голова, когда появляется новый голос?»
И сколько же голосов он уже слышит?
«308. Ты когда-нибудь трахался с другим собой?»
Интересно каждому пятому.
«42. Как нас всех различать?!»
Это необязательно, когда остаешься один.
«79. Роулинг — гений! Окклюменция!»
Видимо, автор какой-нибудь фантастики.
«58. Ты не думал написать книгу о сужении сознания? Это была бы очень полезная и нужная книга.»
Кому полезная?
«164. У вас там есть кошки?»
Аж в носу засвербело.
Вопросы с записок задавал либо шизофреник, либо несколько человек. То есть, очередной Рамон скорее всего из «этих», которые обязательно обзаводятся друзьями, не считая себя самодостаточными. Часть комментариев Реверб проговаривал вслух, часть вопросов проигнорировал, пять бумажек отобрал, чтобы ответить.

***

Компьютер охотно поделился координатами для обратной червоточины, но открыть ее Реверб не успел — она открылась сама с той стороны. В этот раз значительно шире — при желании он бы смог пройти туда. Но это было бы слишком скучно. Края червоточины мигнули, завибрировали, и в лабораторию влетели одна за другой две коробки. Неопасные и скорее всего набитые гиковским барахлом. В хранилище пылились сотни таких, полных нечитаемых носителей, скучной музыки, еще более скучных книг и фильмов. Реверб с некоторых пор предпочитал, чтобы книги и фильмы писали о нем, пусть даже в большинстве из них он выступал в роли Вселенского Зла. Даже если и зло, то все равно вселенское, а это уже кое-чего стоило.
— Дебил, — процедил он сквозь зубы, зашвырнул в портал ком записок и вскрыл первую коробку, как только червоточина закрылась.
Так и знал. Книги. Большая часть из них оказалась вертикально ориентированной, правда корешок был слева. Ну, все лучше, чем свитки. Во второй коробке обнаружились носители — плотные черные диски, магнитные ленты, пластиковые диски поменьше, маленькие каменные хранилища с металлическими считывателями и, что было очень внезапно, стандартный записывающий кристалл, правда, судя по цвету, лет на пять устаревший. Отдельной коробкой внутри коробки — снова книги. Он вынул наугад из середины самую толстую, всмотрелся в обложку и отшвырнул книгу от себя.
В груди болезненная тоска перерождалась в ярость, и пришлось сжать кулаки, чтобы не разнести снова всю лабораторию к хуям. За одну только эту книгу этого Франциско Рамона следовало убить. Изничтожить. Стереть даже память о его существовании. Ради этого Реверб бы даже согласился вернуть местного Флэша, чтобы тот перенес его глубже по времени. Нет. Нельзя. Слишком велик соблазн.
Ярость вырвалась из горла хриплым криком. Очки пришлось стянуть, чтобы хоть что-то видеть. Снова появилось желание попросить Королеву, чтобы та выжгла ему сердце и чтобы Король заморозил потом пепел. Лучше бы боль оставалась только в голове, потому что от душевной боли нельзя отгородиться ни лекарствами, ни ментальным щитом. Можно только ненадолго запереть.
Подобрав книгу, он снова посмотрел на обложку. Не так уж и похож, просто… Реверб хмыкнул. Теперь от собственного любопытства никуда не деться.

***

Новая записка появилась через четыре недели, когда он не только прочитал все присланные книги, но и умудрился неожиданно для себя перевести в удобный формат часть видео — вот здесь была засада с горизонтальным ориентированием под широкий панорамный экран вместо привычной сферы — и всю коллекцию музыки. Даже нашел пару новых имен, достойных внесения в список приличных исполнителей и композиторов.
«314. Как ты понимаешь, что это не просто влюбленность или дружба?»
В этот раз вместо боли и ярости накрыло безысходностью. Как объяснить человеку, увлекающемуся вот этим всем, верящему в непонятную магию и в добрую высшую волю… Как донести до него страшную правду? Нет, Франциско Рамон, ты не поймешь, как бы ни было это изложено. Это надо пережить, чтобы понять. Испытать на собственной шкуре, мечтая развернуть время вспять и умереть следом.
Реверб смял записку и распылил неплотный комок. Настало время пообщаться лицом к лицу.

***

Временной лаг был выгодным, Франциско Рамон, Циско — лохматым и неряшливым. Рядом с ним стояла Королева в белом халате и с некрасиво заколотой челкой. Третьего присутствующего — парня в очках без диоптрий и с дурацким выражением лица — Реверб не узнал.
— Ты что, прям все прочитал? В этом пиджаке ты похож на одного из местных злодеев. Очень стильно. Как тебя лучше называть?
Компьютер по мере возможностей нивелировал лаг, из-за чего картинка периодически замирала, будто с той стороны ждали ответа, но Реверб предпочитал убедиться, что выслушал каждого, прежде чем говорить.
— Ты уверен, что это безопасно?
— Не более опасно, чем ничего не делать. Но если ты считаешь, что мне будет лучше медленно сдохнуть, чем самую малость рискнуть, я учту это, когда в следующий раз мы будем спасать тебя.
Реверб чуть более внимательно посмотрел на третьего собеседника. Это о нем Циско спрашивал? Это он — больше, чем друг и влюбленность? Пухлые губы, широко распахнутые серо-зеленые глаза — действительно в его вкусе, разве что челюсть немного узковата. И одинаковый с Циско ужасный выбор одежды.
— Циско, не суетись, тебе нельзя волноваться.
В глазах Королевы — ни огонька, ни искорки. Значит ли это, что в ней нет силы? И где ее Король? Погиб? Следит за пределами угла обзора камеры?
— Один из предыдущих встреченных Рамонов назвал меня «Реверб». Мне нравится.
Вот оно. Теперь понятно, почему они ответили на вызов с незаконченной защитой. У этого Франциско… Циско Рамона чуть бледнее кожа, чуть резче дыхание, чуть более измотанный вид, чем у здорового, пусть и влюбленного человека. От любви и внезапного осознания бисексуальности так не хиреют. Скорее всего сердце не выдерживает нагрузки. Ему когда-то очень повезло иметь вибрирующего в нужном ритме напарника. Интересно, там у них есть Флэш или Крысолов?
В груди снова защемило, но он не позволил себе дрогнуть. Только холодный деловой стиль переговоров, усвоенный еще в первый десяток подобных встреч.
— Он разрушается. Есть какой-то способ это остановить? Замедлить? Ускорить регенерацию?
— Есть, — взглянув Королеве в глаза, Реверб улыбнулся. — За должную цену я поделюсь советом.
Он прервал связь, когда так и не представившийся парень открыл рот для гневного ответа. Еще не хватало выслушивать сопливый треп от чужих пассий.

***

Разбирать архивы новой вселенной давно превратилось в рутину. История развития науки, история появления людей и нелюдей со сверхспособностями, история конкретных личностей. Тот парень с наивным взглядом — Флэш. Флэшей вообще в том мире как-то чересчур много. Крысолов довольно внезапно скорее соперник, чем друг команде из лаборатории, хотя раньше работал с ними бок о бок. Король мертв, зато у Королевы — его сила. Большая часть интересных технологий завязана на спидфорсе, что делает их бесполезными, а во всем остальном они безнадежно отстали.
Меняться было особо не на что, но даже милостыню надо еще заслужить. Возможно, он просто обменяет информацию на еще немного хорошей музыки. Или подарит на день рождения. Или… Реверб сжал зубы так, что они скрипнули. Нет, так низко он еще не пал.
От обдумываний вариантов отвлекло знакомое скребущее чувство. Этот Циско явно научился дозировать силу, потому что голова почти не болела.
«Мы нашли временный выход.»
«В спизженной у меня базе данных?»
Логи ясно показывали, что передача шла в обе стороны значительно более широким потоком, чем нужно было простенькому видеочату. Но в таком случае их скорость расшифровки и обработки данных просто поражает.
«Поспрашивал у других», — ответил Циско, и Реверб успокоился. Значит, его система все еще самая совершенная из известных ему. — «А кто вибрирует для тебя?»
«Тебя ебет?»
«То-то и оно, что нет», — вздох с той стороны был почти ощутим. Реверб ухмыльнулся. Безответные чувства к Флэшу? К Барри Аллену. Франциско и Бартоломью — язык сломаешь.
«Спасибо за музыку.»
Если он не любитель потрепаться, это еще не повод забывать о вежливости. Совсем не повод. С собой можно побыть приятным собеседником, особенно когда заранее знаешь, чем все закончится.
«Обращайся. Как признаться в любви человеку, который застал тебя с другим и сбежал, сказав, что не хотел мешать, и теперь не отвечает на звонки и письма?»
Проблемы Франциско Рамона…
Как признаться в любви человеку, который умер до момента вашего знакомства? После всех видений, мечтаний и снов о нем и вашем общем будущем. Как заставить себя жить дальше? Без него. Как защищать других, если не смог уберечь самое важное в своей жизни? Единственно ценное. Как продолжать охоту на людей в масках, когда под каждой маской может скрываться любимое лицо? Как убивать?
Ярость ударила волной в обе стороны, разрывая связь. Прокатилась внутри, закружилась водоворотом самообвинений, затягивающим все глубже и глубже на дно, полное тоскливого отчаяния. На дно, заполненное кривой улыбкой, светлыми глазами, упрямым подбородком, взъерошенными волосами и стильными пиджаками. Зеленое-зеленое дно.

***

Будущего не было. После очередной записки с той стороны видения как отрезало. Ожидание, как и всегда, выматывало сильнее самой встречи, тянулось липкой густой смолой. Реверб перебирал в голове планы, перебирал и смазывал оружие. Циско не написал, зачем им нужно встречаться. Только приглашение, больше похожее на приказ. Что он видел?
«315. Будь готов прийти в гости. Скоро.»
Учитывая содержимое предыдущих записок и разговоров, там может ждать что угодно — от экранирующего поля до кровати с фиалковыми лепестками. Реверб предпочитал быть готовым к любому повороту событий, поэтому наравне с магнитной бомбой и мобильным силовым щитом в карманах присутствовали иные средства защиты. В конце концов, его тоже всегда интересовало, каково это будет — трахнуть самого себя.
Перед появлением червоточины Циско постучался, едва не сведя с ума повторяющимися в навязчивом ритме ударами. Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре… При этом тот был доволен как кот, стащивший кусок с хозяйской тарелки. Из червоточины выскочил Флэш, поздоровался, подхватил его под руки и забежал обратно, будто не в первый раз переносил людей из одного мира в другой. Может, и впрямь — не первый.
Эти придурки даже не стали проверять его оружие.
Их лаборатория оказалась просторнее и светлее. И не их в прямом смысле — досталась по наследству от Гаррисона Уэллса. Темная история, если верить файлам. Реверб устроился на кажущемся неопасным диване, проверил пиццу — круглую в квадратной коробке — на совместимость с организмом. Если ему суждено сегодня умереть, то он умрет сытым.
Причину празднования — а что это именно празднование, было ясно с первой минуты его пребывания здесь, — ему не сообщили. Но судя по отсутствию торта, явно не день рождения. Впрочем, раньше он и сам был способен посчитать достойным празднования даже успешное включение света. Королева — Кейтлин — предложила ему чаю. Флэш — Барри — умял три пиццы и сбежал в неизвестном направлении, но затем вернулся, затормозил посреди комнаты и аккуратно поставил на пол человека в коротком плаще с капюшоном.
Fortiter in re, suaviter in modo, — посетовал новый участник, когда его перестало шатать, и Реверб действительно оказался очень близко к смерти, подавившись куском пиццы.
Все еще пытаясь отдышаться, он поднял слезящиеся глаза на откинувшего капюшон Крысолова и протянул руку для знакомства.
— Реверб. Франциско. Не знаю, какой мне дали номер на этой Земле. Надеюсь здесь подзадержаться.
Ubi nihil vales, ibi nihil velis, — ухмыльнулся в ответ тот. — Местный Крысолов. Хартли, — представился он в свою очередь, пожимая протянутую руку.
И будущее расцвело прошлым.

 
запись создана: 11.04.2017 в 23:47

Вопрос: .
1. прочитал 
3  (100%)
Всего: 3

@темы: fiction, бартоломью, подожди!, мини, повод, спорт, это не то диси, которое эйси

URL
Комментарии
2017-11-01 в 18:33 

LRaien
Don't trust me, I'm hopeless wanderer. // Бесстрашный ублюдок и пидор.
Спасибо тебе за это :З

2017-11-01 в 19:38 

greenmusik
долблюсь в глаза с 1990г.
LRaien, я минуты три пыталась подобрать слова, чтобы выразить, как было охуенно его писать. потому что внезапно фокал ревёрба (а он антигерой, но всё равно охуенный, стильный, мощный и вот это всё). и циско няшный. и вот все эти флэшбэки о видениях. и хартли проступает из зелёной дымки.

прям упала в этот пейринг. безумно рада, что написала его в качестве внезапного подарка и тортика "за знакомство"

URL
2017-11-01 в 21:26 

LRaien
Don't trust me, I'm hopeless wanderer. // Бесстрашный ублюдок и пидор.
greenmusik, *крепкообнимательный смайлик*

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

здесь обижают людей

главная